Караимская Евпатория

Фото Владимира Ормели, Надежды Жураковской (Кефели), Полкановой Анны

Использованы сведения Владимира Кропотова

Улица С.Э. Дувана

Шакаевский парк (1888). Первый общественный парк Евпатории. Его создал С.Шакай (долгое время назывался Шакаевским). В советский период переименован в парк им.Ленина. Поныне самый лучший парк в центре города.

Гортеатр им.А.С. Пушкина. Театральная площадь, 1 (1910, архитекторы: П.Сеферов, А.Генрих). Считается одним из лучших театров юга России. Южный модерн (т.н. новогреческий стиль). Инициатор строительства – городской голова С. Дуван. Общая стоимость около 180 тыс.руб. Из них 25тыс. из суммы, завещанной караимским благотворителем М.Сарачем.

Центральная библиотека им.А.С. Пушкина. Проезд А.Ахматовой, 23. (1915. архитектор П.Сеферов). Построена на средства С.Дувана и подарена им городу. Фактически возведена была только первая очередь строящегося здания (читальный зал и прилегающие несколько помещений). Вторая очередь – книгохранилище, должно было занимать пространство от купольного здания читального зала до ул.Аллександровской. Величественная колоннада книгохранилища по проекту заканчивалась напротив. Проектный замысел не был реализован полностью – Первая мировая война, революция.

Пушкинская аудитория. Ул. Чернышевского, 2. (1911). Первая публичная аудитория Евпатории. Построена на средства караимского благотворителя М. Сарача для города. Ныне гарнизонный Дом офицеров.

Караимские кенаса, ул Караимская, 68 (1903-1915). Архитектурную часть и строительство возглавлял С .Бабович. Комплекс возводился на средства караимской общины. Ныне действующие храмы, этнографический музей, кафе «Караман» — один из главных экскурсионных объектов Евпатории.

Женское караимское профессиональное училище (начало XX века) ул. Белинского, 6/2, литер «Б«

Дача М. Айваза. Набережная им. М.Горького, 14 (начало XX в., архитектор Е. Исакович). В 1920-е здесь находилось Управление курорта Евпатории. Ныне – библиотека курорта.

Особняк Ю.М. Гелеловича (архитектор А.Л.Генрих, 1912) ул. Дувановская, 11/ул. Кирова, 2, литер «А». Особняк в мавританском стиле — один из ярких образцов южного модерна Евпатории. Ныне краеведческий музей.

Жилой дом С.М. Бота (конец XIX века) ул. Караимская, 46, литер «А»

Жилой дом семьи Бота (конец XIX века) пер. Ломаный, 2/ул. Караимская, 48,

Дом А.Мичри. Ул.Революции 41. (конец XIX в.). В здании находится городской народный суд.

Жилой дом Хаджи-аги Бобовича (XVIII век) ул. Караимская, 53

Памятник С.Э. Дувану

Мидраш (начало XX века) ул. Караимская, 68, литеры «А», «А1»

Дача «Покой» И.С. Шайтана (начало XX века) ул. Киевская, 41 — 43, литер «14», административный корпус.  Корпус № 4 санатория «Сакко и Ванцетти»

Здание богадельни С.Э. Дувана (1913) пр. Ленина, 32, литер «А». Построил С. Дуван для малоимущих престарелых жителей Евпатории без различий вероисповедания и национальности. Ныне здесь Управление труда и социальной защиты Евпаторийского горсовета.

Дом-магазин И.П. Синани (1902) ул. Матвеева, 17/тупик Матвеева, 10, литер «А»

Магазин М.И. Аваха (1903) тупик Матвеева, 12/ул. Матвеева, 19, литер «А»

Торговые ряды В. Каракоза (XIX век) ул. Перекопская, 5/ул. Татарская, 2, литер «А»

Дом М.И. Ходжаша (архитектор А.Л. Генрих, 1897) ул. Приморская, 2/ул. Буслаевых, 5 — 3, площадь Морская, литеры «А», «Б». На первом этаже трехэтажного особняка одно время до революции размещалась таможня. В послевоенное время – главпочтамт. Сейчас – узел связи.

Дом жилой И.И. Танагоза (начало XX века) ул. Революции, 18, литер «А»

Дом жилой И.Э. Бабаджана (начало XX века) ул. Революции, 20а, литер «А»

Дом А.М. Шакая (начало XX века) ул. Революции, 41, литер «А»

Гостиница «Бо-Риваж» (1914) ул. Революции, 43 — 45/ наб. Терешковой, 26, литеры «А», А1″. Одно из красивейших зданий Евпатории. Здесь располагался пансионат «Орбита»

Жилой дом Б.С. Каракоза (конец XIX века) ул. Революции, 54, литер «А»

Жилой дом врача В.А. Туршу (конец XIX века) ул. Революции, 63/ул. Приморская, 3/ ул. Братьев Буслаевых, 10, литер «А»

Дом Мангуби (конец XIX века) ул. Революции, 73, литер «А»

Дом доходный городского головы Евпатории С.Э. Дувана (архитектор П.Я. Сеферов,  начало XX века) ул. Тучина 1

Флигель С.Э. Дувана (начало XX века) ул. Тучина, 1/пер. Летный, 2, литер «В»

Дача «Джалита» С.А. Бобовича (1912) ул. Урицкого, 7/ ул. Гоголя, 3/наб. им. Горького, 8а, литер «2», корпус N 2 «Б». Корпус санатория «Ударник».

Дача Б.И. Казаса (1912) ул. Урицкого, 7/ ул. Гоголя, 3/наб. Горького, 8а, литер «А», корпус N 2, корпус N 2 «А». Корпус санатория «Ударник».

Дача «Ривьера» И.Б. Шишмана (1910) ул. Урицкого, 7/ ул. Гоголя, 3/ наб. им. Горького, 8а, литер «9», корпус N 4. Корпус санатория «Ударник».

Санаторий «Ударник». Набережная им. М.Горького, 8. Два из трёх корпусов санатория в дореволюционный период — дачи караев. Корпус № 2 (1912) состоит из примыкающих друг к другу зданий, их владельцами были известные в городе врачи Б. Казас и С. Бабович. Корпус № 3 (1910) — дача «Ривьера» Б. Шишмана.

Дача «Остенде» А. Шишмана (начало XX века) ул. Урицкого, 7/ ул. Гоголя, 3/наб. им. Горького, 8а, литер «3», корпус N 3

Братская могила русских воинов, геройски погибших 5 (17) февраля 1855 года при штурме Евпатории (архитектор А.М. Горностаев, 1855) ул. 2-й Гвардейской Армии/ ул. Эскадронная

Александровское духовное караимское училище (1913, архитектор Е. Исакович) ул. Бартенева, 5/ул. Пионерская, 4/ ул. Чернышевского, 4 (литеры «А», «Б»). Строительство (стоимостью 45 тыс.руб.) велось на пожертвования караимов и на проценты от капитала, собранного со дня основания училища. Закрыто в 1920. До войны – крымскотатарская школа. Послевоенный период мореходное училище. Ныне Международный детский комплекс «Золотой ключик».

Дача Дувана С.Э. «Кармен» (начало XX века), наб. Горького, 2/ул. Дувановская, 1 (литер «Д», корпус № 3 санатория «Приморский»)

Детский санаторий «Чайка» (1912). ул. 60 лет СССР, 29. Построен в благотворителями супругами Гелеловичами. До революции – бесплатный санаторий на 80 мест без различия национальности и религии. Ныне в системе санаторно-курортных учреждений Минздрава Украины.

Караимский магазин (начало XX века) тупик Матвеева, 14/ул. Матвеева, 21 (литер «А»)

Женское караимское профессиональное училище (начало XX века, архитектор Е. Исакович ) ул. Пионерская, 2/ ул. Чернышевского, 3 — 7. Основано по инициативе С. Пампулова в 1874. Здание расположено в квартале, ограниченном улицами Черныщевского, Пионерской, Белинского. Одноэтажное здание построено в 1908 на средства «Общества попечения о бедных караимах» (12 тыс.руб.), Земской управы и городской Думы (по 5 тыс.руб.). В 1912 комплекс дополнен угловой пристройкой (ул.Белинского и Пионерская), возведенной на средства А. Гелеловича (50 тыс.руб.). В послевоенный период здесь была база отдыха подводников КЧФ. Позже общежитие № 2 МО Украины.

Дом, в котором жил караимский гахан С.М. Шапшал (1910) ул. Пушкина, 4/ул. Белинского, 7 (литер «А»)

Дом жилой Б.М. Шишмана (1891) ул. Революции, 17/6 (литер «А»). В здании расположено Евпаторийское торгово-кулинарное училище.

Дом жилой Синани (начало XX века) ул. Революции, 21/ наб. Терешковой, 14 (литер «А»). Здесь был санаторий «Трёхгорка». 

Дом Ю.М. Неймана (конец XIX века) ул. Революции, 65 (литер «А») 57

Дом Аваха (начало XX века) ул. Революции, 71/ ул. Братьев Буслаевых, 18 (литер «А»)

Не сохранилось здание артистической гостиницы «Дюльбер» (1911) принадлежавшей С. Дувану-Торцову. Оно располагалось на набережной им. М. Горького между дачей С. Дувана «Кармен» (санаторий «Приморский») и дачей Б. Казаса (санаторий «Ударник»). На набережной находилось и здание санатория «Таласса» (на месте современной водолечебницы), построенное врачами М. Гелеловичем и С. Бабовичем по проекту архитектора С .Минаша. В 1920-е санаторий переименовали в им. Н.А. Семашко. Оба здания разрушены в годы Великой Отечественной войны.
      

Реклама

Дневник Бориса Кокеная. Кале.

Карло Боссоли. Кале.

О Б. Кокенае.

Дневник Кокеная.

Второе предание о Кале я слыхал от двоюродного брата, сына историка М. И. Синани. В те времена, когда Крым находился под властью ханов, караимам не раз приходилось спасать свою жизнь в лесах и горах. Ещё недавно можно было слышать рассказы о таких налётах на поселения мирных жителей. Тревожные дни налётов, когда приходилось спасаться где только было возможно, носили специальное название «уркув»[1], как например «Узен-Баш уркувы», «Лахы-уркувы» и др. по названиям поселений, где приходилось испытать ужас этих налётов. В смутные времена в Крыму, когда ханский престол переходил из рук в руки, люди лёгкой наживы, авантюристы и разный сброд, которые плодились в это время как грибы после дождя, делали своё тёмное дело, ловя рыбу в мутной воде, и безнаказанно грабили поселенья мирных жителей. В последние годы царствования последнего Гирея караимам Кале не раз приходилось испытывать страх за свою жизнь и имущество, т. к. шайки бандитов бродили по окрестностям, занимаясь грабежами и убийствами. Одна из этих банд внезапно появилась в окрестностях Кале, так что её жителям не от кого было ждать помощи. Народ волновался, не зная, что делать и как избежать беды.

В этот критический момент положение спасла жена Веньямина-Ага – Гулюш-тота, женщина представительная и красивая. Она приходилась сестрой гахану и писателю И. Эль-Дур. Появилась перед волнующимся народом и сказала: «Братья! Выслушайте мой совет, и да спасёт господь наш народ. Так как враги появились так неожиданно и помощи ждать неоткуда, то пусть и стар и млад пойдут в кенаса и молятся, а мне предоставьте поступать так, как я знаю, тогда Вашими молитвами и Божьей помощью мы освободимся от врагов. Так как народ сознавал, что неоткуда ждать помощи, и других предложений не поступало для спасения Кале, а Гулюш-тота славилась своим умом, то все потянулись в стены древнего храма, чтобы в молитвах успокоить потревоженный дух свой и выпросить своё спасение.

Гулюш-тота в это время с помощью нескольких женщин деятельно готовилась к встрече врагов. Конечно, она, как женщина не готовилась к бранной встрече с врагами, ибо это не женское дело. Но она воевала у себя на кухне горшками, сковородами, ухватами и лопатками. Как истинная караимка, она в совершенстве знала кулинарное искусство, и по мановению её руки, как по волшебству, из печки, шипя, выходили румяные «куветчик», разносили свой аромат «аяклачик», а жирные «пилявы»[2] с рубленными потрохами, пахнущие на версту, аппетитнымзапахом способны были пощекотать и у мёртвого в носу.

В то же время за Биюк-Капу несколько человек устанавливали низенькие обеденные столы – «тырки» с холодными «язма»[3] и шербетами и всем тем, что требуется для роскошного обеда.

Наконец, люди, посланные следить за движениями банд, объявили ей, что враг уже на виду. Тогда она приказала расставить на столах все приготовленные яства, а сама с несколькими стариками встретила врагов с хлебом и солью. Поприветствовав их с приходом, она предложила им не отказаться после дороги закусить и отдохнуть. Вид и запах кушаний, расставленных на столах, был настолько соблазнителен, что голодные бандиты не в силах были противостоять искушению и, сев за столы, начали пить и есть. Известно, что после еды человек всегда становится добрее и благодушней, а вдобавок разбойники, приняв еду, по обычаям востока сделались гостями принявших их караимов. По тому же священному обычаю ни гость, ни хозяин не должны обидеть друг друга, если у них есть хоть капля самоуважения.

Словом, после того как все наелись досыта, предводитель разбойников обратился к своим сподвижникам с речью: «Неужели после такого радушного приёма и хорошего отношения к нам у нас поднимется рука наэтот город и его жителей, чтобы сделать вред? Нет, товарищи, лучше поблагодарим ханум за такоерадушное гостеприимство ипожелаем ей здоровья на многие годы». Бандиты встали и, поблагодарив Гулюш-хануми стариков, ушли дальшеот Кале.

Таким образом, благодаря уму, находчивости ираспорядительности Гулюш-тота гроза миновала Кале, и жители облегченно вздохнули, и всвоих молитвах благословляли Гулюш-тота, жену последнего представителя караимов (у последнего хана Крыма) Веньямина Ага,который так же, как иего жена, своим умом ипреданностью своему народу не раз спасал Кырк-Йери его жителей от многих бед и неприятностей. Есть ещё разныерассказы о том, как караимы воевали с врагами, обливая последних со стен крепости горячей кашей («паста») или как бились челюстями барашек и др.животных. Осенью готовили на зиму мясо, и каждая семья резала несколько штук барашек, т. н. «чанга»[4], вероятно, собиралось очень много, принимая во внимание, что там было более 300 домов. Осенняя резка животных для солки на зиму носила специальное название «согум»[5]. Но так как подробностей этих битв я не знаю, то и не привожу эти рассказы. О том, как Кырк-Йер спасли пчёлы – это изложено в книге Пигита, а перевод находится в «Караимской жизни».

***

Иногда во сне я вижу Кале. Но это необычный Кале, а какой-то другой. Быть может Кале имел такой вид в древнейшие времена. Очень близки моему пониманию древнего, или, скорей прежнего понимания Крыма картины художника Богаевского[1]. Иногда во сне я вижу другой Крым, необычный теперешнему Крыму; я вижу древние улички, старинные домики ушедшей ныне от нас архитектуры, ичувствую себя так необыкновенно, что во сне боюсь проснуться и, конечно, после этого просыпаюсь. Как-то я видел во сне, как Шагин-Гирей, последний хан Крыма, шёл по главной улице Бахчисарая и прощался с населением. Шангин-Гирей был босой, и народ время от времени подходил прощаться сним. Так и сегодня, я видел необычный Кале инеобычный Крым. Сначала я вижу себя на каменистой дороге, ведущей в Кале, и радуюсь тому, что я ещё вчера мечтал о Кале, а сегодня моё желание исполнилось. Чувствую себя необычно хорошо. Затем эта дорога оказывается где-то в горах (на плоскогорье), а впереди на расстоянии версты круто поднимаются горы все в лесах. Слышно, как звенят колёса арб на лесных дорогах, хотя ни дороги, ни лошадей не видно. Я весь упиваюсь этим ярким солнечным теплым днём, звуком колёс, который в тишине полдня раздается для моих ушей, как музыка. Я думаю, что это сон, но не действительность и продолжаю думать: пусть это сон, я рад и такому сну. Я падаю на землю, плачу от счастья и целую землю родного Крыма. В этот момент мне вспоминается фраза очевидца ухода татар из Крыма. Последний уход их в Турцию в 1900 г. я сам помню: «Они шли, целовали родную землю и опять шли» и думаю, что они также любили свою родину, как и я,, и начинаю понимать, как им тяжело было расставаться с Крымом. Просыпаюсь я от сознания, что это сон, что так хорошо в жизни не бывает и, действительно, картина начинает тускнеть, сознание, что я сплю на «сете»[2] побеждает, и я просыпаюсь, чувствуя, что подушка моя мокра от слёз.


[1] Константин Фёдорович Богаевский (1872 – 1943) – крымский художник-пейзажист. Он писал: «Этот пейзаж, насыщенный большим историческим прошлым, со своеобразным ритмом гор, напряженными складками холмов, носящий несколько суровый характер, служит для меня неисчерпаемым источником…»

[2] Диван 


[1]

[2] Пироги, пирожки, плов

[3] Прохладительный напиток из кисломолочного катыка, воды и специй

[4]

[5]

Приятный подарок

В феврале 2021 года Регина Ушатая из Симферополя передала в Музей истории, культуры и религии крымских караимов-тюрок имени Тамары Ормели открытое письмо (почтовую карточку) Всемирного почтового союза России с изображением артиста Московского художественного театра С.Л. Кузнецова в роли Кота в «Синей птице» М. Метерлинка.

Для нас карточка ценна тем, что была написана Ваней Синани своей сестре Насте в апреле 1909 года и отправлена из Санкт-Петербурга в Симферополь на адрес их мамы – А.О. Синани, ул. Екатерининская, дом Папе. В нескольких строках сообщается, что автор пойдёт на спектакль, что здоров, пусть мама не беспокоится.

Ул. Екатерининская в Симферополе сейчас именуется ул. Карла Маркса. Доходный дом Фридриха Попе, построенный во второй половине XIX века сохранился (№ 6).

Автор послания, вероятнее всего, крымский караим Захарий Осипович Синани. Он родился в Армянском Базаре. В 1907 году окончил гимназию в Симферополе, а затем – юридический факультет Петербургского университета. В детстве ушиб колено, что привело к развитию костного туберкулеза и ампутации ноги. Несмотря на инвалидность, вёл активный образ жизни. Близкие называли его дядя Ваня. Участвовал в социал-демократическом движении учащихся Крыма.

Один из организаторов и авторов журнала учащихся «Первый луч» (издавался в Симферополе), где печатался под псевдонимами Ив. Захарьев и З. Иванов. В этом журнале опубликованы его статьи: «Первое мая» (1906, №1, с.7-9); «Политика и учащиеся» (1906, №2, с.21-22); «Библиография, от редакции» (там же, с.28-30); «Кто виноват?» (1906, №5, с.8-11); стихотворение – «Чей стон наполняет Россию?» (1906, №2, с.15) и т.д.

Долгое время работал юристом в «Крымсоюзе» (система потребительской кооперации). Большую часть жизни Захарий Осипович Синани прожил один в Симферополе, тесно общаясь с сестрой Настей и братом Вениамином (он же дядя Миша для родных – известный врач в Крыму), а также с друзьями.

Был крупным знатоком академической книги России. Очень любил детей и писал для них стихи и рассказы. Хорошо знал историю, традиции и обычаи караев. Первый создал караимско-русский и русско-караимский словарь разговорного языка, который удалось издать лишь в 2007 году.

Выражаем искреннюю признательность Р. Ушатой за дар Музею. Благодарим всех, кто помогает нашему неформальному музею сохранить память о крымских караимах, историю и культуру.

А. Полканова